Экономколлегия Верховного суда России подтвердила решение первой инстанции, отказавшись освободить гражданина от долгов, в случае, если он пытался скрыть свои финансовые обязательства. История вращается вокруг Рашида Долакова, который за один день оформил кредиты на сумму 4,6 миллиона рублей в двух финансовых учреждениях, предоставив недостоверные сведения о своих доходах и долговой нагрузке.
Как это произошло
4 августа 2023 года Долаков получил 3,59 миллиона рублей в Сбербанке и еще 1 миллион в ВТБ. Уже через три дня он отправил 3 миллиона на вклад, а затем снял наличные. Каждый из кредиторов получил по два платежа, после чего выплаты были полностью прекращены.
Позже Долаков сам инициировал процедур банкротства в Арбитражном суде Ингушетии, однако его долги перед Сбербанком (3,78 миллиона рублей) и ВТБ (1 миллион рублей) попали в реестр требований. Финансовый управляющий просил завершить процесс, однако Сбербанк настаивал на непризнании списания долгов.
Судебные разбирательства
Суд первой инстанции завершил процедуру, но отказал в списании обязательств перед Сбербанком, указав на предоставление заведомо недостоверных данных о доходах: при заявке на кредит Долаков указал 240 тысяч рублей, тогда как в документах 2-НДФЛ его заработок составил всего около 27 тысяч рублей.
Апелляция и кассация заняли другую позицию, отметив недостаток доказательств намеренного обмана и полагая, что банк сам должен был проверить платежеспособность заемщика.
Сбербанк оспорил это решение в Верховном суде, подчеркнув, что Долаков одновременно оформлял кредиты в нескольких местах, не сообщив об этом, и завысил свой доход. Банк утверждал, что добросовестный клиент обязан уведомлять кредиторов о таких действиях.
Решение Верховного суда
Экономколлегия Верховного суда Российской Федерации отменила решения апелляционной и кассационной инстанций, подтвердив решение Арбитражного суда Ингушетии от 18 ноября 2024 года. Суд согласился завершить процедуру реализации имущества, но отказал в списании долга перед Сбербанком.
Главный вывод суда: действия Рашида Долакова были рассмотрены как умышленное сокрытие важных сведений, и в соответствии с законом о банкротстве, такая практика не позволяет списывать долговые обязательства.
